Медицина        30.10.2021   

Николай власик жены и дети. "запугивал женщин, принуждая их к сожительству"

В годы перестройки, когда практически на всех людей из сталинского окружения в передовой советской прессе сыпался вал всевозможных обвинений, самая незавидная доля выпала генералу Власику. Многолетний глава охраны Сталина представал в этих материалах настоящим лакеем, обожавшим хозяина, цепным псом, готовым по его команде броситься на любого, жадным, мстительным и корыстылюбивым.

Среди тех, кто не жалел для Власика негативных эпитетов, была и дочь Сталина Светлана Аллилуева . А ведь телохранителю вождя в своё время пришлось стать практически главным воспитателем и для Светланы, и для Василия.

Николай Сидорович Власик провёл рядом со Сталиным четверть века, оберегая жизнь советского лидера. Без своего телохранителя вождь прожил меньше года.

От церковно-приходской школы до ВЧК

Николай Власик родился 22 мая 1896 года в Западной Белоруссии, в деревне Бобыничи, в бедной крестьянской семье. Мальчик рано потерял родителей и на хорошее образование рассчитывать не мог. После трёх классов церковно-приходской школы Николай поступил на работу. С 13 лет он трудился чернорабочим на стройке, потом каменщиком, затем — грузчиком на бумажной фабрике.

В марте 1915 года Власик был призван в армию и отправлен на фронт. Во время первой Мировой войны он служил в 167 Острожском пехотном полку, за храбрость в боях был отмечен Георгиевским крестом. После ранения Власика произвели в унтер-офицеры и назначили командиром взвода 251 пехотного полка, который размещался в Москве.

Во время Октябрьской революции Николай Власик, выходец из самых низов, со своим политическим выбором определился быстро: вместе с вверенным взводом он перешёл на сторону большевиков.

Сначала он служил в московской милиции, потом участвовал в Гражданской войне, был ранен под Царицыном. В сентябре 1919 года Власика направили в органы ВЧК, где он служил в центральном аппарате под началом самого Феликса Дзержинского .

Мастер охраны и быта

С мая 1926 года Николай Власик служил старшим уполномоченным Оперативного отделения ОГПУ.

Как вспоминал сам Власик, его работа в качестве телохранителя Сталина началась в 1927 году после ЧП в столице: в здание комендатуры на Лубянке была брошена бомба. Находившегося в отпуске оперативника отозвали и объявили: с этого момента на него возлагается охрана Особого отдела ВЧК, Кремля, членов правительства на дачах, прогулках. Особое внимание предписывалось уделить личной охране Иосифа Сталина.

Несмотря на печальную историю покушения на Ленина , к 1927 году охрана первых лиц государства в СССР не отличалась особой тщательностью.

Сталина сопровождал лишь один охранник: литовец Юсис . Ещё более Власик был удивлён, когда они прибыли на дачу, где обычно Сталин проводил выходные. На даче жил один комендант, не было ни белья, ни посуды, а питался вождь бутербродами, привезёнными из Москвы.

Как и все белорусские крестьяне, Николай Сидорович Власик был человеком основательным и домовитым. Он взялся не только за охрану, но и за обустройство быта Сталина.

Вождь, привыкший к аскетизму, поначалу к нововведениям нового телохранителя отнёсся скептически. Но Власик был настойчив: на даче появились повариха и уборщица, из ближайшего совхоза были налажены поставки продуктов. В тот момент на даче не было даже телефонной связи с Москвой, и появилась она стараниями Власика.

Со временем Власик создал целую систему дач в Подмосковье и на юге, где вышколенный персонал был готов в любой момент к приёму советского лидера. О том, что эти объекты охранялись самым тщательным образом, и говорить не стоит.

Система охраны важных правительственных объектов существовала и до Власика, но он стал разработчиком мер безопасности для первого лица государства во время его поездок по стране, официальных мероприятий, международных встреч.

Телохранитель Сталина придумал систему, согласно которой первое лицо и сопровождающие его люди перемещаются в кавалькаде одинаковых автомобилей, и лишь сотрудники личной охраны знают, в какой из них едет вождь. Впоследствии такая схема спасла жизнь Леониду Брежневу , на которого было совершено покушение в 1969 году.

«Малограмотный, глупый, но вельможный»

Уже через несколько лет Власик превратился для Сталина в незаменимого и особо доверенного человека. После смерти Надежды Аллилуевой Сталин возложил на своего телохранителя заботы о детях: Светлане, Василии и приёмном сыне Артёме Сергееве.

Николай Сидорович не был педагогом, но старался, как мог. Если Светлана и Артём не доставляли ему особых хлопот, то Василий с детства был неуправляемым. Власик, зная, что Сталин спуску детям не даёт, старался по мере возможности смягчать грехи Василия в докладах отцу.

Но с годами «шалости» становились всё серьёзнее, и роль «громоотвода» Власику становилось играть всё сложнее.

Светлана и Артём, став взрослыми, писали о своём «гувернёре» по-разному. Дочь Сталина в «Двадцати письмах другу» так характеризовала Власика: «Он возглавлял всю охрану отца, считал себя чуть ли не ближайшим человеком к нему и, будучи сам невероятно малограмотным, грубым, глупым, но вельможным, дошёл в последние годы до того, что диктовал некоторым деятелям искусства „вкусы товарища Сталина“, так как полагал, что он их хорошо знает и понимает... Наглости его не было предела, и он благосклонно передавал деятелям искусства, „понравилось“ ли „самому“, будь то фильм, или опера, или даже силуэты строившихся тогда высотных зданий...»

«У него вся жизнь была работа, и он жил около Сталина»

Артём Сергеев в «Беседах о Сталине» высказывался иначе: «Основной обязанностью его было обеспечение безопасности Сталина. Труд этот был нечеловеческий. Всегда ответственность головой, всегда жизнь на острие. Он прекрасно знал и друзей, и недругов Сталина... Что у Власика вообще была за работа? Это была работа день и ночь, не было 6-8-часового рабочего дня. У него вся жизнь была работа, и он жил около Сталина. Рядом с комнатой Сталина была комната Власика...»

За десять-пятнадцать лет Николай Власик из обычного телохранителя превратился в генерала, возглавляющего огромную структуру, отвечающую не только за безопасность, но и за быт первых лиц государства.

В годы войны на плечи Власика легла эвакуация из Москвы правительства, членов дипкорпуса и наркоматов. Необходимо было не только доставить их в Куйбышев, но и разместить, обустроить на новом месте, продумать вопросы безопасности. Эвакуация тела Ленина из Москвы — также задача, которую выполнял Власик. Он же отвечал и за безопасность на параде на Красной площади 7 ноября 1941 года.

Покушение в Гаграх

За все годы, что Власик отвечал за жизнь Сталина, с его головы не упал ни один волос. При этом сам глава охраны вождя, судя по его воспоминаниям, к угрозе покушения относился весьма серьёзно. Даже на склоне лет он был уверен, что троцкистские группы готовили убийство Сталина.

В 1935 году Власику действительно пришлось прикрывать вождя от пуль. Во время прогулки на катере в районе Гагр с берега по ним был открыт огонь. Телохранитель закрыл Сталина своим телом, но повезло обоим: пули их не задели. Катер вышел из зоны обстрела.

Власик считал это настоящим покушением, а его противники позднее полагали, что всё это было постановкой. Судя по обстоятельствам, произошло недоразумение. Пограничников не известили о прогулке Сталина на катере, и они приняли его за нарушителя. Впоследствии офицера, отдавшего приказ о стрельбе, осудили на пять лет. Но в 1937, во время «большого террора», о нём снова вспомнили, провели ещё один процесс и расстреляли.

Злоупотребление коровами

В годы Великой Отечественной войны Власик отвечал за обеспечение безопасности на конференциях глав стран-участниц антигитлеровской коалиции и со своей задачей справился блестяще. За успешное проведение конференции в Тегеране Власик был награждён орденом Ленина, за Крымскую конференцию — орденом Кутузова I степени, за Потсдамскую — ещё одним орденом Ленина.

Но Потсдамская конференция стала поводом для обвинений в присвоении имущества: утверждалось, что после её завершения Власик вывез из Германии различные ценности, в том числе лошадь, двух коров и одного быка. Впоследствии данный факт приводили как пример неуёмной жадности сталинского телохранителя.

Сам Власик воспоминал, что у этой истории была совсем другая подоплёка. В 1941 году его родную деревню Бобыничи захватили немцы. Дом, в котором жила сестра, сожгли, полдеревни расстреляли, старшую дочь сестры угнали на работы в Германию, корову и лошадь забрали. Сестра с мужем ушли в партизаны, а после освобождения Белоруссии вернулись в родную деревню, от которой мало что осталось. Телохранитель Сталина привёз скотину из Германии для близких.

Было ли это злоупотреблением? Если подходить со строгой меркой, то, пожалуй, да. Однако Сталин, когда ему впервые доложили об этом случае, резко приказал дальнейшее расследование прекратить.

Опала

В 1946 году генерал-лейтенант Николай Власик стал главой Главного управления охраны: ведомства с годовым бюджетом в 170 миллионов рублей и многотысячным штатом.

Он не вёл борьбы за власть, но при этом нажил огромное количество врагов. Будучи слишком близко к Сталину, Власик имел возможность влиять на отношение вождя к той или иной персоне, решал, кто получит более широкий доступ к первому лицу, а кому в такой возможности будет отказано.

Всемогущий глава советских спецслужб Лаврентий Берия страстно хотел избавиться от Власика. Компромат на сталинского телохранителя собирали скрупулёзно, по капле подтачивая доверие вождя к нему.

В 1948 году был арестован комендант так называемой «Ближней дачи» Федосеев, который дал показания о том, что Власик намеревался отравить Сталина. Но вождь опять не воспринял это обвинение всерьёз: если бы у телохранителя были подобные намерения, реализовать свои планы он мог давным-давно.

В 1952 году по решению Политбюро была создана комиссия по проверке деятельности ГУО МГБ СССР. На сей раз всплыли крайне неприятные факты, выглядящие вполне правдоподобно. Охранники и персонал спецдач, которые неделями пустовали, устраивали там настоящие оргии, расхищали продукты и дорогие напитки. Позднее нашлись свидетели, которые уверяли, что и сам Власик был не прочь расслабиться таким образом.

29 апреля 1952 года на основании этих материалов Николай Власик был снят с должности и отправлен на Урал, в город Асбест, заместителем начальника Баженовского исправительно-трудового лагеря МВД СССР.

«Сожительствовал с женщинами и распивал спиртное в свободное от службы время»

Почему Сталин вдруг отступился от человека, честно служившего ему 25 лет? Возможно, всему виной была обострившаяся у вождя в последние годы подозрительность. Не исключено, что Сталин счёл растрату госсредств на пьяный разгул слишком серьёзным прегрешением. Есть и третье предположение. Известно, что советский лидер в этот период стал продвигать молодых руководителей, а бывшим соратникам открыто говорил: «Пора вас менять». Быть может, Сталин счёл, что пришло время заменить и Власика.

Как бы то ни было, но для бывшего главы сталинской охраны наступили очень тяжёлые времена.

В декабре 1952 года его арестовали в связи с «делом врачей». В вину ему поставили то, что заявления Лидии Тимашук , обвинившей профессоров, лечивших первых лиц государства, во вредительстве, он оставил без внимания.

Сам Власик в воспоминаниях писал, что никаких оснований верить Тимашук не было: «Никаких данных, порочащих профессоров, не было, о чём я и доложил Сталину».

В тюрьме Власика допрашивали с пристрастием на протяжении нескольких месяцев. Для человека, которому было уже далеко за 50, опальный телохранитель держался стойко. Готов был признать «моральное разложение» и даже растрату средств, но не заговор и шпионаж. «Я действительно сожительствовал со многими женщинами, распивал спиртное с ними и художником Стенбергом, но всё это происходило за счёт моего личного здоровья и в свободное от службы время», — так звучали его показания.

Мог ли Власик продлить жизнь вождя?

5 марта 1953 года не стало Иосифа Сталина. Если даже отбросить сомнительную версию об убийстве вождя, Власик, оставайся он на своём посту, вполне мог бы продлить ему жизнь. Когда вождю стало плохо на Ближней даче, он в течение нескольких часов лежал на полу своей комнаты без помощи: охрана не решалась входить в сталинские покои. Нет сомнений, что Власик такого бы не допустил.

После кончины вождя «дело врачей» закрыли. Всех его фигурантов освободили, кроме Николая Власика. Не принёс ему свободы и крах Лаврентия Берии в июне 1953 года.

В январе 1955 года Военная коллегия Верховного суда СССР признала Николая Власика виновным в злоупотреблении служебным положением при особо отягчающих обстоятельствах, приговорив по ст. 193-17 п. «б» УК РСФСР к 10 годам ссылки, лишению генеральского звания и государственных наград. В марте 1955 года срок Власику сократили до 5 лет. Отбывать наказание отправили в Красноярск.

Постановлением Президиума Верховного Совета СССР от 15 декабря 1956 года Власик был помилован со снятием судимости, но в воинском звании и наградах восстановлен не был.

«Ни одной минуты я не имел в своей душе зла на Сталина»

Он вернулся в Москву, где у него почти ничего не осталось: имущество конфисковали, отдельную квартиру превратили в коммунальную. Власик обивал пороги кабинетов, писал руководителям партии и правительства, просил о реабилитации и восстановлении в партии, но везде получал отказ.

Тайком он начал надиктовывать мемуары, в которых рассказывал о том, как видел свою жизнь, почему совершал те или иные поступки, как относился к Сталину.

«После смерти Сталина появилось такое выражение, как „культ личности“... Если человек — руководитель своими делами заслуживает любовь и уважение окружающих, что в этом дурного... Народ любил и уважал Сталина. Он олицетворял собой страну, которую вёл к процветанию и победам, — писал Николай Власик. — Под его руководством было сделано немало хорошего, и народ это видел. Он пользовался огромным авторитетом. Я знал его очень близко... И я утверждаю, что он жил только интересами страны, интересами своего народа».

«Легко обвинить человека во всех смертных грехах, когда он мёртв и не может ни оправдаться, ни защититься. Почему же при жизни никто не решился указать ему на его ошибки? Что же мешало? Страх? Или не было этих ошибок, на которые надо было указывать?

Уж на что был грозен царь Иван IV , а находились люди, которым дорога была родина, которые, не боясь смерти, указывали ему на его ошибки. Или перевелись на Руси смелые люди?» — так считал сталинский телохранитель.

Подводя итог мемуарам и всей своей жизни в целом, Власик писал: «Не имея ни одного взыскания, а только одни поощрения и награды, я был исключён из партии и брошен в тюрьму.

Но никогда, ни одной минуты, в каком бы состоянии я ни находился, каким бы издевательствам я ни подвергался, находясь в тюрьме, я не имел в своей душе зла на Сталина. Я прекрасно понимал, какая была создана вокруг него обстановка в последние годы его жизни. Как ему было трудно. Он был старым, больным, одиноким человеком... Он был и остаётся для меня самым дорогим человеком, и никакая клевета не может поколебать то чувство любви и глубочайшего уважения, которые я всегда питал к этому замечательному человеку. Он олицетворял для меня всё светлое и дорогое в моей жизни — партию, родину и мой народ».

Посмертно реабилитированный

Николай Сидорович Власик умер 18 июня 1967 года. Архив его был изъят и засекречен. Лишь в 2011 году Федеральная служба охраны рассекретила записки человека, который, по сути, стоял у истоков её создания.

Близкие Власика неоднократно делали попытки добиться его реабилитации. После нескольких отказов 28 июня 2000 года постановлением Президиума Верховного Суда России приговор 1955 года был отменён, а уголовное дело прекращено «за отсутствием состава преступления».

Благодаря дневникам личного телохранителя вождя Николая Власика, многие эпизоды нашей истории откроются с другой стороны.

…Дневники всесильного начальника сталинской охраны, которые больше пятидесяти лет пролежали в старом чемодане у его дочери Надежды Николаевны Власик-Михайловой. Эти записи в блокнотах, тетрадях, на обрывках бумаги – сенсация. Николай Власик долгие годы был личным телохранителем Сталина и дольше всех продержался на этом посту. Придя в его личную охрану в 1931 году, он не только стал ее начальником, но и фактически стал членом семьи. После смерти жены Сталина Надежды Аллилуевой он был также воспитателем детей – Василия и Светланы.

Прослужив своему «Хозяину» верой и правдой больше 20 лет, Власик был им практически предан и арестован за два с половиной месяца до смерти вождя…

…В мае 1994 года при реставрации первого корпуса Кремля на втором этаже в бывшем сталинском кабинете обнаружили тайный ход. В том самом месте, где раньше стоял стол Сталина, под паркетом нашли два больших люка. Под ними – уходящие в подвал две кирпичные шахты с железными скобами в стенах. О назначении тайного хода теперь можно только гадать. Но настораживают два перерубленных кабеля спецсвязи, обнаруженные в этих шахтах. Похоже, Сталина кто-то слушал. Кто?

Решиться на такое мог только один человек из его окружения – Берия – и только в последние годы или даже месяцы сталинской жизни, когда вопрос о наследнике превратился для Берии в вопрос жизни и смерти. Именно тогда Берия сумел убрать со своего пути одного из главных своих оппонентов – начальника личной охраны Сталина Николая Власика, фигуру ныне, пожалуй, не менее легендарную, чем сам Берия. Во время своего ареста в декабре 1952 года Власик произнес пророческие слова:

«Не будет меня – не будет Сталина». И оказался прав. Сталин умер через 2,5 месяца странной смертью на своей «Ближней даче» в Кунцеве.

Сегодня впервые за много лет слухов и легенд появилась возможность услышать самого Власика. В это трудно поверить, но, оказывается, существуют дневники всесильного начальника сталинской охраны. Они больше 50 лет пролежали в чулане в обычном старом чемодане. Эти записи в блокнотах, тетрадях, на случайных обрывках бумаги – сенсация, бесценные свидетельства эпохи.

Публикуемые материалы Н.С. Власика - уникальные исторические документы, которые представляют большую ценность как для любого исследователя, так и для широких кругов читателей, интересующихся историей советского общества.

Стоит отметить, что личный телохранитель вождя увлекался фотографией, и почти за 30 лет службы сделал более 3000 снимков. Все они были конфискованы Лубянкой во время ареста Власика. И до недавнего времени приватные снимки вождя всех народов были недоступны широкой публике. Лет десять назад уцелевшие архивы Власика были «открыты» его родственниками и даже опубликованы его дневники. А вот конфискованные остальные материалы о жизни Сталина, причём в громадном количестве, в том числе и фото, и видео, и аудио - пока недоступны.

«Во время ареста Н.С. Власика при обыске на работе, в квартире и на даче в поселке Томилино были изъяты многочисленные записи и около трех тысяч фотографий и негативов. Практически все эти документы и уникальные фотографии, сделанные генералом за многие годы службы, были приобщены к его уголовному делу. После реабилитации Н.С. Власика значительная часть этих материалов была возвращена семье генерала. Позднее их передала в Федеральную службу охраны Российской Федерации приемная дочь Н.С. Власика - Надежда Николаевна Власик»

«Избранное» — из дневников Николая Сидоровича Власика

Предисловие

Я не ставлю перед собой задачу показать Сталина, как политического деятеля.

Попытаться снять несправедливо возведенные на него обвинения в грубости, жестокости и бесчеловечности. Постараться опровергнуть то ложное, что было приписано ему после его смерти, оправдать в том, в чем он был незаслуженно обвинен.

По мере моих сил осветить факты, свидетелем которых я был, установить истину там, где это возможно.

1919 год. Год залечивания ран, нанесенных войной, год начала восстановления народного хозяйства и продолжающейся борьбы против контрреволюционных элементов, пытающихся наносить удары молодой и неокрепшей республике Советов.

В это трудное для страны время я по призыву партии был направлен в Особый отдел ВЧК в распоряжение тов. Дзержинского. До 1927 г. я работал в Особом отделе, а затем в 1927 г. я перешел на работу в Оперативный отдел.

С 1919 по 1952 г. я прошел путь от рядового сотрудника до генерала.

Моя новая должность

В 1927 г. в здание комендатуры на Лубянке была брошена бомба. Я в это время находился в Сочи в отпуске. Начальство срочно вызвало меня и поручило мне организовать охрану Особого отдела ВЧК, Кремля, а также охрану членов правительства на дачах, прогулках, в поездках и особое внимание уделить личной охране т. Сталина. До этого времени при т. Сталине находился только сотрудник, который сопровождал его, когда он ездил в командировки.

Это был литовец - Юсис. Вызвав Юсиса, мы на машине отправились с ним на подмосковную дачу, где обычно отдыхал Сталин. Приехав на дачу и осмотрев ее, я увидел, что там царил полный беспорядок. Не было ни белья, ни посуды, ни обслуживающего персонала. Жил на даче один комендант.

Как я узнал от Юсиса, т. Сталин приезжал на дачу с семьей только по воскресеньям и питался бутербродами, которые они привозили с собой из Москвы.
Семья, ритм жизни, быт

Семья т. Сталина состояла из жены, Надежды Сергеевны, необыкновенно скромной молодой женщины, дочери старого большевика Аллилуева С.Я., с которым т. Сталин познакомился в 19 (?) г., когда он у них скрывался на квартире в Петрограде, и двух детей - сына Васи, очень живого и порывистого мальчика пяти лет, и дочери Светланы двух лет.

Кроме этих двух детей у т. Сталина был взрослый сын от первого брака Яша, очень милый и скромный человек, разговорами и манерами необыкновенно похожий на отца.

Забегая вперед скажу, что он окончил институт железнодорожного транспорта, жил на стипендию, временами нуждаясь, но никогда не обращался к отцу ни с какими просьбами. Окончив институт, на замечание отца, что он хотел бы видеть сына военным, Яша поступил в Артиллерийскую академию, которую окончил перед самой войной. В первые же дни войны он пошел на фронт. Под Вязьмой наши части попали в окружение и он был взят в плен. Немцы продержали его в плену, в лагере до конца войны. В лагере и убили его, якобы при попытке к бегству.

По словам бывшего французского премьер-министра Эррио, который находился вместе с ним в этом лагере, вел он себя исключительно достойно и мужественно. После окончания войны Эррио писал об этом Сталину.

По распоряжению начальства я должен был кроме охраны наладить снабжение и бытовые условия охраняемого.

Я начал с того, что послал на дачу белье и посуду, договорился о снабжении продуктами из совхоза, находившегося в ведении ГПУ и расположенного рядом с дачей. Послал на дачу повариху и уборщицу. Наладил прямую телефонную связь с Москвой. Юсис, боясь недовольства Сталина этими нововведениями, предложил мне самому доложить обо всем т. Сталину.

Так состоялась моя первая встреча и первый разговор с т. Сталиным. До этого я видел его только издали, когда сопровождал его на прогулках и в поездках в театр.

Жил т. Сталин с семьей очень скромно. Ходил он в старом, сильно потертом пальто.

Я предложил Надежде Сергеевне сшить ему новое пальто, но для этого надо было снять мерку или же взять старое пальто и сделать в мастерской точно такое. Мерку снять не удалось, так как он наотрез отказался, сказав, что новое пальто ему не нужно. Но пальто мы ему все же сшили.

Жена его, Надежда Сергеевна, как я уже говорил, необыкновенно скромная, очень редко обращалась с какими-нибудь просьбами, скромно одевалась, не в пример женам многих ответственных работников. Она училась в Промакадемии и много времени уделяла детям. Я хотел знать, и мне это было необходимо, вкусы и привычки т. Сталина, особенности его характера, и я с любопытством и интересом ко всему присматривался.


17 августа 1922 года. Иосиф Сталин (слева) и его жена Надежда Аллилуева (справа)

Вставал Сталин обычно в 9 часов, завтракал и в 11 часов был на работе в ЦК на Старой площади. Обедал на работе, ему приносили в кабинет из столовой ЦК. Иногда, когда в Москву приезжал т. Киров, они вместе ездили обедать домой. Работал часто до глубокой ночи, особенно в те годы, когда после смерти Ленина пришлось активизировать борьбу с троцкистами.

Над своей книгой «Вопросы ленинизма» он также работал в своем кабинете в ЦК, задерживаясь иногда до поздней ночи. Возвращался с работы часто пешком вместе с т. Молотовым, шли в Кремль через Спасские ворота. Воскресенье проводил дома с семьей, обычно выезжал на дачу. В театр Сталин ездил чаще по субботам и воскресеньям вместе с Надеждой Сергеевной. Посещали Большой театр, Малый театр, МХАТ, им. Вахтангова. Ездили к Мейерхольду, смотрели пьесу «Клоп» Маяковского. С нами на этом спектакле были тов. Киров и Молотов.

Сталин очень любил Горького и обязательно смотрел его пьесы, которые показывали в московских театрах. Часто после работы Сталин с Молотовым ездили на просмотр кинофильмов в Гнездниковский переулок. Позднее в Кремле был устроен просмотровый зал. Кино т. Сталин любил, придавал ему большое агитационное значение.

Осенью, обычно в августе - сентябре, Сталин с семьей уезжал на юг. Свой отпуск он проводил на Черноморском побережье в Сочи или в Гаграх. Жил он на юге месяца два. Отдыхая в Сочи, он иногда принимал мацестинские ванны.

В продолжение всего отпуска он очень много работал. Он получал много почты. На юг он всегда брал кого-нибудь из сотрудников. В 20-х гг. с ним ездил шифровальщик, а начиная с 30-х гг. - секретарь. Во время отпуска происходили и деловые встречи.

Сталин много читал, следил за политической и художественной литературой. Развлечением на юге были поездки по морю на катере, кино, кегельбан, городки, в которые он любил играть, а также бильярд. Партнерами были сотрудники, жившие вместе с ним на даче. Много времени т. Сталин уделял саду. Живя в Сочи, он посадил в своем саду много лимонов и мандаринов. Всегда сам следил за ростом молодых деревьев, радуясь, когда они хорошо принимались и начинали давать плоды.

Его очень беспокоила заболеваемость местного населения малярией. И по его инициативе в Сочи были проведены большие посадки эвкалиптов. Это дерево обладает ценными свойствами. Оно необычайно быстро растет и высушивает почву. Посадки эвкалипта в заболоченных местах, очагах малярийных комаров, высушивают почву и уничтожают рассадники малярийных заболеваний. Часто к нему на дачу приезжали Молотов, Калинин, Орджоникидзе, которые в это время отдыхали на Черноморском побережье. Приезжал погостить т. Киров. О Кирове мне хочется рассказать особо. Больше всех Сталин любил Кирова. Любил какой-то трогательной, нежной любовью. Приезды тов. Кирова в Москву и на юг были для Сталина настоящим праздником. Приезжал Сергей Миронович на неделю, две. В Москве он останавливался на квартире у Сталина, и буквально не расставался с ним.

В 1933 г. у т. Сталина трагически погибла жена. Иосиф Виссарионович глубоко переживал потерю жены и друга. Дети были еще маленькие, уделять им много внимания т. Сталин ввиду своей занятости не мог. Пришлось передать воспитание и заботу о детях Каролине Васильевне, экономке, которая вела у них хозяйство. Каролина Васильевна была культурной женщиной, искренне привязанной к детям.

Примечание редакции: Мария Сванидзе, подруга Надежды Сергеевны, записала в апреле 1935 года: «…И тут Иосиф сказал: «Как это Надя… могла застрелиться. Очень она плохо сделала»… «Что дети, они ее забыли через несколько дней, а меня она искалечила на всю жизнь. Выпьем за Надю!» - сказал Иосиф. И все мы пили за здоровье дорогой Нади, так жестоко нас покинувшей…»

На могилу к Надежде Сергеевне т. Сталин приходил часто. Сидел на мраморной скамейке напротив, курил трубку, думал о чем-то своем…

Когда дети подросли и оба уже учились, часть ответственности легла и на меня. Дочь, любимица отца, хорошо училась и была скромной и дисциплинированной. Сын по натуре одаренный, занимался в школе неохотно. Слишком он был нервным, порывистым, не мог долго усидчиво заниматься, часто в ущерб занятиям и не без успеха увлекаясь чем-то посторонним вроде верховой езды. О его поведении скрепя сердце приходилось докладывать отцу и расстраивать его.

Детей он любил, особенно маленькую дочь, которую в шутку называл «хозяйкой», чем она гордилась. К сыну относился строго, наказывал за шалости и проступки. Девочка внешне была похожа на бабушку, мать Сталина. Характером была несколько замкнутой, молчаливой и суховатой. Мальчик наоборот, живой и темпераментный. Был очень душевный и отзывчивый.

Воспитывались дети вообще очень строго, не допускалось никакого баловства, излишеств. Дочь выросла, окончила институт, защитила диссертацию, имеет семью, работает и воспитывает детей. Только от фамилии отца пришлось отказаться.

Светлана Аллилуева на встрече с журналистами 1967 год, США.

Примечание редакции: Лана Питерс — дочь И. Сталина, в 1966 году эмигрировала из СССР в США.29 ноября 2011 — умерла в США в доме престарелых. Ей было 85 лет. В последние годы она тяжело болела, жила тихо, журналистов не жаловала. Что хотела рассказать — уже рассказала, в том числе и в мемуарах. Ее последнее интервью легло в основу фильма «Светлана», который был показан на Первом канале.

Судьба сына сложилась более трагично. Окончив авиационное училище, он был участником войны, командовал, и надо сказать неплохо, авиационным полком. По окончании войны работал в должности…

После смерти отца был арестован и осужден на 8 лет. За что? Не знаю. Отбыв наказание, он вышел на свободу совершенно больным. Военное звание ему сохранили и назначили пенсию, но предложили, как и сестре, отказаться от фамилии отца Джугашвили, на что он не согласился. После этого он был выслан в Казань, где вскоре умер в марте 1962 г. в возрасте 40 лет.

Убийство Кирова

13 декабря 1934 г. (1 декабря 1934 г.) в Ленинграде был убит С.М. Киров. Смерть Кирова потрясла Сталина. Я ездил с ним в Ленинград и знаю, как он страдал, переживал потерю своего любимого друга. О том, какой кристальной чистоты человеком был С.М. Киров, как он был прост, скромен, какой это был великий труженик и мудрый руководитель, всем известно. Это подлое убийство показало, что враги Советской власти еще не уничтожены и готовы в любой момент нанести удар из-за угла. Тов. Киров был убит врагами народа.

Его убийца Леонид Николаев в своих показаниях заявил: «Наш выстрел должен был явиться сигналом к взрыву и наступлению внутри страны против ВКП(б) и Советской власти». В сентябре 1934 года было произведено покушение на т. Молотова, когда он совершал инспекционную поездку по горнорудным районам Сибири. Товарищ Молотов и его спутники чудом избежали смерти.

Покушение

Летом 1935 г. было произведено покушение на т. Сталина. Это произошло на юге. Сталин отдыхал на даче недалеко от Гагр. На маленьком катере, который был переправлен на Черное море с Невы из Ленинграда, тов. Сталин совершал прогулки по морю. С ним была только охрана. Направление было взято на мыс Пицунда. Зайдя в бухту, мы вышли на берег, отдохнули, закусили, погуляли, пробыв на берегу несколько часов. Затем сели в катер и отправились домой. На мысе Пицунды есть маяк, и недалеко от маяка на берегу бухты находился пост погранохраны.

Когда мы вышли из бухты и повернули в направлении Гагр, с берега раздались выстрелы. Нас обстреливали. Быстро посадив т. Сталина на скамейку и прикрыв его собой, я скомандовал мотористу выйти в открытое море. Немедленно мы дали очередь из пулемета по берегу. Выстрелы по нашему катеру прекратились.

Катер наш был маленький речной и совершенно непригодный для прогулок по морю, и нас здорово поболтало, прежде чем мы пристали к берегу. Присылка такого катера в Сочи была сделана Ягодой, видимо, не без злого умысла, на большой волне он неминуемо должен был опрокинуться, но мы, как люди не сведущие в морском деле, об этом не знали.

Это дело было передано для расследования Берия, который был в то время секретарем ЦК Грузии.

При допросе стрелявший заявил, что катер был с незнакомым номером, это показалось ему подозрительным, и он открыл стрельбу, хотя у него было достаточно времени все выяснить, пока мы находились на берегу бухты, и он не мог нас не видеть. Все это был один клубок. Убийство Кирова, Менжинского, Куйбышева и Горького, а также упомянутые покушения были организованы правотроцкистским блоком. Это показали процессы Каменева и Зиновьева в 1936 г.


Никита Хрущев, Иосиф Сталин, Георгий Маленков, Лаврентий Берия, Вячеслав Молотов, 1940-е годы.
Поездки на юг

Сопровождая Сталина в поездках на юг, я очень много общался с ним, мы всегда вместе обедали, и почти все свое свободное время он проводил с нами, я имею в виду себя и его секретаря Поскребышева. В Москве я видел его гораздо реже. Я сопровождал его в поездках по городу, в театр, в кино.

При жизни А.М. Горького Сталин часто встречался с ним. Как я уже упоминал, он его очень любил. Бывал он у него и на даче, и в городе. В этих поездках я всегда сопровождал его.

Говоря о поездках на юг, которые Сталин совершал ежегодно, мне хотелось более подробно рассказать об этой поездке, т.к. маршрут ее был не совсем обычен. Это было в 1947 г. В августе, числа не помню, Сталин вызвал меня и объявил, что поедем на юг, не как обычно на поезде, а до Харькова на машинах, а в Харькове сядем на поезд.

Трудно словами выразить мою радость. Сталин по-прежнему полностью доверяет мне, я, как и все предыдущие годы, буду сопровождать его на юг, и организацию всей поездки он возлагает на меня. Надо сказать, что в 1946 г. мои врачи и завистники, а их было у меня немало, оклеветали меня, и я был снят с должности начальника Управления.

Но т. Сталин отнесся к этому со всей своей чуткостью, сам разобрался во всех обвинениях, абсолютно ложных, выдвинутых против меня, и, увидев мою полную невиновность, вернул мне прежнее доверие. Я тщательно продумал план поездки, посоветовался с министром, он все одобрил, и я доложил его т. Сталину.

Считая, что такое длительное путешествие на машинах будет для него утомительным, я пытался убедить его отказаться от такой поездки, но он и слушать меня не захотел. Выехали мы, кажется, 16 августа. Ехали до Харькова с тремя остановками в Щекино - Тульской области, Орле и Курске. На остановках все было очень скромно и просто без всякого шума, что т. Сталину очень понравилось.

Кушали мы все вместе с т. Сталиным. И в Щекино, и в Курске т. Сталин гулял по городу. В пути между Тулой и Орлом у нас на «паккарде» перегрелись покрышки. Сталин велел остановить машину и сказал, что пройдется немного пешком, а шофер сменит покрышки, а потом нас догонит.

Пройдя немного по шоссе, мы увидели 3 грузовика, которые стояли у обочины шоссе и на одном из них шофер тоже менял покрышку. Увидев Сталина, рабочие так растерялись, что не верили своим глазам, так неожиданно было появление на шоссе тов. Сталина, да еще пешком. Когда мы прошли, они начали друг друга обнимать и целовать, говоря: «Вот какое счастье, так близко видели Сталина».

Пройдя еще немного, мы встретили маленького мальчика лет 11–12-ти. Тов. Сталин остановился, протянул ему руку и сказал: «Ну, давай познакомимся. Как тебя зовут? Куда ты идешь?» Мальчик сказал, что зовут его Вова, идет он в деревню, где пасет коров, учится в 4-м классе на четверки и пятерки. В это время подошла наша машина, мы простились с Вовой и продолжали наше путешествие. После этой остановки т. Сталин пересел на ЗИС-110. Машина ему очень понравилась, и весь отпуск он ездил только на отечественном ЗИСе.

Примечание редакции: ЗИС-110, легковой автомобиль высшего (представительского) класса, первый советский послевоенный автомобиль. Выпускался на московском Заводе имени Сталина. (ЗИС) Его производство началось в 1945 году, сменив на конвейере ЗИС-101, и закончилось в 1958 году, когда его в свою очередь заменил ЗИЛ-111. 26 июня 1956 г. завод получил имя И. А. Лихачёва, и автомобиль был переименован в ЗИЛ-110. Всего выпущено 2072 экземпляра всех модификаций.

В Орле мы сделали остановку, отдохнули, помылись с дороги, пообедали и тронулись в дальнейший путь. Следующая остановка была у нас в Курске. Мы остановились отдохнуть в квартире одного из наших работников-чекистов. Квартира была чистенькая и уютная, на полочке над диваном было много фарфоровых безделушек, а на подзеркальнике стояло много красивых флаконов с духами и пустых.

Тов. Сталин внимательно осмотрел всю обстановку квартиры, потрогал безделушки, стоявшие на полочке, а когда мы, отдохнув, собрались уезжать, спросил меня, что же мы оставим хозяйке на память, нет ли у нас одеколона. К счастью, одеколон нашелся и в довольно красивом флаконе. Тов. Сталин сам отнес его в спальню, где он отдыхал, и поставил его на подзеркальник.

Несмотря на очень утомительную дорогу, мы выехали из Москвы вечером, ехали всю ночь и день, спал т. Сталин немного больше двух часов, Иосиф Виссарионович чувствовал себя очень хорошо, настроение у него было прекрасное, чему мы все были очень рады. В разговоре он сказал, что очень доволен, что поехали на машинах, что он многое увидел.

Видел, как строят города, убирают поля, какие у нас дороги. Из кабинета этого не увидишь. Это были его доподлинные слова.

Относительно дорог т. Сталин заметил, что дорогу от Москвы нужно сделать как можно лучше, разбить на участки, поставить сторожей, построить им домики, дать участок земли, чтобы они имели все необходимое, они будут заинтересованы и будут хорошо ухаживать за дорогой. Установить заправочные бензоколонки, т.к. машин будет много, все будут ездить на машинах, не только в городе, но и в деревне.

Благополучно доехав до Харькова, мы пересели в поезд и поездом ехали до Симферополя. От Симферополя до Ялты мы снова ехали на машинах. В Ялте нас ожидал крейсер «Молотов», на котором т. Сталин должен был совершить поездку в Сочи.


Крейсер «Молотов»

19 августа 1947 г. крейсер «Молотов» под командованием адмирала Юмашева в сопровождении двух эсминцев вышел из Ялтинского порта.

На борту крейсера кроме т. Сталина находились приглашенный Иосифом Виссарионовичем т. Косыгин, отдыхавший в это время в Ялте, командующий Черноморским флотом адмирал Октябрьский и другие сопровождавшие Сталина лица.

Крейсер взял курс на Сочи. Незабываемое впечатление произвела на меня эта поездка. Погода стояла великолепная, настроение было у всех приподнятое. Тов. Сталин под несмолкаемое приветственное «Ура» всего экипажа обошел крейсер. Радостны и восторженны были лица матросов.


На снимке тень фотографа — Николая Власика

Согласившись на просьбу адмирала Юмашева сфотографироваться вместе с личным составом крейсера, т. Сталин подозвал меня. Я попал, можно сказать, в фотокорреспонденты. Снимал я уже немало, и т. Сталин видел мои снимки. Но, несмотря на это, я очень волновался, т.к. не был уверен в пленке. Сталин видел мое состояние и как всегда проявил чуткость. Когда я закончил снимать, сделав для гарантии несколько фотографий, он подозвал сотрудника из охраны и сказал:

«Власик так старался, а его никто не снял. Вот вы сфотографируйте его вместе с нами».

Я передал фотоаппарат сотруднику, объяснив все, что было необходимо, и он тоже сделал несколько снимков. Фотографии получились очень удачные и были перепечатаны во многих газетах.

Отдых в Сочи

Отдыхая в Сочи, т. Сталин часто гулял пешком по городу и по шоссе. Мне эти прогулки доставляли немало волнений, т.к. отдыхающих на улицах всегда было много, нас окружала толпа, все приветствовали т. Сталина, всем хотелось пожать ему руку, поговорить с ним.

Охранять вождя в такой обстановке было чрезвычайно трудно, тем более что т. Сталин не любил, чтобы с ним ходила охрана. Обычно на прогулках его сопровождали: я, секретарь Поскребышев и два, три офицера из охраны.

Однажды во время поездки по городу т. Сталин решил заехать в порт. Доехав до причала, мы вышли из машины. В порту разгружался теплоход «Ворошилов». Т. Сталин долго смотрел на разгрузку, теплоход ему не понравился, он нашел его неуклюжим.

Когда мы возвращались к машинам, в порту уже собралась большая толпа. Всем хотелось посмотреть на вождя, убедиться, правда ли, что Сталин вот так просто гуляет в порту. Подойдя к машинам, Сталин тепло ответил на приветствия и, открыв дверцу, пригласил ребят, которые сбежались к машине прокатиться с нами. Сталину захотелось доставить детям какое-нибудь удовольствие, чем-нибудь их угостить.

Поехали на «Ривьеру», там был открытое кафе. Мы зашли туда, усадили ребят за столики, но здесь получилось то же, что и в порту. Отдыхающие окружили нас, среди них было много детей, пришлось всех пригласить на лимонад. Я принес из буфета большую вазу конфет, и т. Сталин начал угощать детей конфетами. Одну маленькую девочку, видимо робкую, ребята оттеснили, ей ничего не досталось, и она заплакала. Тогда т. Сталин взял ее на руки, чтобы она сама выбрала конфеты, которые ей понравятся. Раздав все конфеты и рассчитавшись с буфетчиком, я обратился к ребятам: «Ну, ребята, теперь пионерское “Ура” товарищу Сталину». Ребята дружно прокричали «Ура». Мы с трудом добрались сквозь толпу до машины и поехали домой.

Осенью 14 октября 1947 г. в Сочи я по поручению Сталина встречал на аэродроме английскую делегацию лейбористов - членов парламента. Сталин принимал их у себя на даче. Он разрешил мне присутствовать на этом приеме. Для меня эта встреча была чрезвычайно интересной.

Англичане задавали вопросы глубоко политического характера, а также и экономического. Сталин давал короткие, ясные и исчерпывающие ответы. После приема я проводил гостей на отведенную им дачу. На приеме были два наших переводчика. За ужином они поделились своими впечатлениями об этой встрече.

Англичане были поражены эрудицией Сталина. Это действительно великий человек, он не только разбирается во всех политических вопросах, но и знает экономику Англии.

О теплом отношении к людям

Мне хочется привести еще несколько примеров теплого и заботливого отношения Сталина к народу, сотрудникам и ко мне лично.

Вспоминается мне разговор, который происходил в 30-е гг. между Сталиным и Молотовым во время прогулки в Сочи. Разговор зашел о пятидневке. В то время воскресенье как день отдыха был отменен. Народ работал пять дней, а шестой день был днем отдыха. Рабочая неделя была непрерывной, и все отдыхали в разные дни. Тов. Молотов сказал, что до него дошли слухи, что народ недоволен пятидневкой, т.к. ни семья не может собраться вместе, ни друзья не могут встретиться, чтобы провести вместе свободный день. Тов. Сталин, услышав это, тут же сказал:

«Раз народ недоволен, надо отменить пятидневку и сделать общий выходной день, как хочет народ».

Надо объяснить это в печати и вынести решение. Что и было сделано. Тов. Молотов был в это время председателем Совнаркома. Приведу еще такой факт.

Живя в Сочи, Иосиф Виссарионович решил осмотреть мацестинские ванны. Зайдя в помещение, где больные принимают ванны, он увидел, что воду в ванны подают грязно-черного цвета. Он очень возмутился. Вернувшись домой, он вызвал профессора Валдинского, который был ответственным за состояние курорта, и спросил его: «Неужели вы не можете очистить воду? Почему больные должны принимать такие грязные ванны. Нужно сделать все возможное для очистки воды». После этого разговора были приняты все меры и вода в мацестинские ванны стала поступать не загрязненная, а чистая. Интересовался Иосиф Виссарионович также и строительством жилого фонда. Следил, чтобы строили добротно и красиво, чтобы здания украшали город, а не уродовали его, чтобы народ получал светлые и удобные квартиры.

В послевоенное время внимательно следил за тем, чтобы своевременно и регулярно снижали цены на продукты. Командирам-участникам войны было разрешено на льготных условиях строить дачи для личного отдыха.

Отношение к сотрудникам

О теплом отношении к сотрудникам приведу такой пример. Однажды во время летнего отдыха один из сотрудников, охранявших территорию дачи, где отдыхал т. Сталин, заснул на посту. В его оправдание надо заметить, что сотрудников охраны у меня было всего девять человек, а территория была большая, вся в зарослях, люди, конечно, уставали. Тов. Сталину доложили об этом, он вызвал меня и спросил, какие были приняты меры в отношении этого сотрудника. Я ответил, что хочу снять его с работы и отправить в Москву.

Иосиф Виссарионович поинтересовался, сознался ли он в том, что заснул на посту. Я ответил, что сознался. «Ну, раз сознался, не наказывай его, пусть работает», - сказал Иосиф Виссарионович. После этого случая я провел с сотрудниками беседу, увеличил охрану и таким образом дал возможность охране нормально отдыхать.

Отношение лично ко мне

О заботливом отношении Сталина ко мне лично говорит такой факт.

В 1948 г. в Крыму во время отдыха т. Сталин вызвал меня и сказал, что к нему приедут гости - семья, их будет шесть человек. Нужно их обеспечить помещением, питанием и обслуживанием. Сами мы сегодня тоже переедем на какую-нибудь из свободных дач.

Вечером, как всегда на отдыхе, мы с секретарем Поскребышевым ужинали вместе с ним. Иосиф Виссарионович много шутил, делился воспоминаниями из своего прошлого, рассказывал о жизни в ссылке в Туруханском крае. Эти часы досуга, проведенные в обществе вождя, навсегда останутся в памяти, как лучшие часы моей жизни. Он так располагал к себе, что я всегда чувствовал себя с ним просто и свободно.

Засиделись за ужином мы очень долго и тут же, не ложась спать, решили ехать на другую дачу. Разбудив шоферов, поехали в Ливадию. Приехав в Ливадию, т. Сталин велел накрыть на веранде завтрак и пригласил шоферов и сотрудников охраны, которые сопровождали нас. Завтрак прошел в простой дружеской обстановке. После завтрака т. Сталин и Поскребышев отправились отдохнуть, поскольку мы не ложились в эту ночь спать, а у меня нашлись дела, и к тому же я был возбужден этой беседой с вождем и спать не хотел.

Поспав несколько часов, т. Сталин попросил машину, чтобы поехать осмотреть дачу, которую мы решили приготовить для гостей. Когда я подошел к нему, он увидел, что вид у меня уставший, и, узнав, что я не ложился, не разрешил мне ехать с ним, а приказал немедленно лечь спать. Я ушел, но спать я не мог, а на другой машине сопровождал его.

Вернувшись домой, т. Сталин несколько раз спрашивал у сотрудников, спит ли Власик, и только на другой день вызвал меня и спросил, выспался ли я. Я извинился перед ним, он засмеялся и я увидел поистине родного, близкого мне человека.

За двадцать пять лет работы у меня были, конечно, ошибки и промахи, и он со всей чуткостью и тактом разбирался в них и многое прощал мне, видя мою искреннюю неподкупную преданность и горячее желание оправдать его доверие.

Чкалов

Не грубо и жестоко, а бережно и внимательно относился Сталин к людям. Всем известно его теплое и отеческое отношение к прославленному летчику Валерию Павловичу Чкалову. Вспомним его слова, сказанные Чкалову: «Ваша жизнь дороже нам любой машины». Слова, которые до глубины души взволновали этого мужественного, грубоватого с виду летчика. Вспомним заботы Сталина о дальнейших его полетах.

Маршрут первого беспосадочного полета Чкалова Москва-Петропавловск-на-Камчатке был подсказан Сталиным, как этап для подготовки беспримерного полета через Северный полюс в Америку. Сталин беспокоился за Чкалова, уговаривал его не торопиться с полетом через полюс, как очень опасным. Лучше тщательно проверить самолет и материальное оборудование, чтобы в какой-то степени обезопасить полет через полюс. Вспоминаю, как на приеме в Кремле в Георгиевском зале в честь возвращения чкаловского экипажа из Америки после перелета через Северный полюс возбужденный Чкалов, рванув на груди гимнастерку, воскликнул, обращаясь к Сталину: «Не только жизнь мою готов отдать Вам, сердце мое возьмите!»

Отношение к детям

Иосиф Виссарионович очень любил детей. Встречая на прогулке детей, он всегда вступал с ними в разговор. Помню, однажды во время прогулки на Мацесте тт. Сталина и Молотова мы встретили маленького мальчика лет шести, очень разговорчивого и смышленого, он толково и обстоятельно отвечал на вопросы Иосифа Виссарионовича. Когда они знакомились, Сталин протянул ему руку и спросил: «Как тебя зовут?» - «Валька», - солидно ответил мальчик. «Ну а меня Оська-рябой», - в тон ему ответил Сталин. «Ну, вот мы теперь с тобой знакомы». Мы с т. Молотовым рассмеялись, а мальчик внимательно посмотрел на Иосифа Виссарионовича. У т. Сталина после перенесенной в детстве оспы было на лице несколько рябинок.

Любил т. Сталин животных. Однажды в Сочи он подобрал голодного бездомного щенка. Сам лично кормил его и заботился о нем. Но щенок оказался неблагодарным и когда отъелся и окреп, сбежал.

Я привел все эти факты теплого и чуткого отношения Сталина к окружающим, к народу — в опровержение распространенного после его смерти утверждения, представляющего его как человека грубого и жесткого, бесчеловечного и беспощадного к окружающим. Это - ложь. Таким он никогда не был. Он был прост и приветлив, снисходителен и чуток. Он был беспощаден к врагам, но крепко любил друзей. И если он принял врага за друга, приблизил его к себе и доверял ему, это была его ошибка. Роковая ошибка. Да простится она ему! Он заплатил за нее дорогой ценой - своей жизнью.

Николай Сидорович Власик

Власик Николай Сидорович (1896, деревня Бобыничи Слонимского уезда Гродненской губернии - 1967). руководитель охраны И.В. Сталина, генерал-лейтенант (9.7.1945). Сын крестьянина. Образование получил в церковно-приходской школе. С 1913 работал чернорабочим, землекопом. В марте 1915 призван в армию, младший унтер-офицер. С нояб. 1917 милиционер в Москве. В нояб. 1918 вступил в РКП(б). В сент. 1919 переведен в органы ВЧК . Уже 1.11.1926 он стал старшим уполномоченным Оперативного отделения ОГПУ СССР, а затем занимал руководящие посты в системе Оперативного отдела. в функции которого входила охрана руководителей партии и государства. Долгие годы был личным телохранителем Сталина; с 1932 воспитывал его сына В.И. Сталина . В 1935-36 нач. личной охраны Оперативного отдела ОГПУ- НКВД СССР. С 1936 нач. оперативной группы и нач. отделения 1-го отдела 1-го управления НКВД СССР. После прихода в НКВД СССР Л.П. Берии и отстранения от постов выдвиженцев Н.И. Ежова Власик 19.11.1938 был назначен нач. 1-го отдела Главного управления государственной безопасности. В февр.- июле 1941 отдел Власика входил в состав НКГБ СССР, а затем вновь вернулся в ведение НКВД. 19.1 1.1942 Власик был переведен на пост 1-го заместителя нач. 1-го отдела. После образования в апр. 1943 самостоятельного НГКБ СССР отдел Власика был развернут в 6-е управление, но уже 9 авг. Власик вновь стал не нач., а 1-м замом. С марта 1946 нач. управления охраны N 1 МГБ СССР. Это управление занималось исключительно охраной и обеспечением Сталина. 28.11.1946 под руководством пользовавшегося в это время исключительным доверием Сталина Власиком было сформировано Главное управление охраны (ГУО) МГБ СССР. куда вошли 1-е и 2-е управления охраны, а также Управление коменданта Московского Кремля. 23.5.1952 ГУО было преобразовано в Управление охраны, а Власик снят с работы и переведен зам. нач. Баженовского исправительно-трудового лагеря в Асбесте (Свердловская область). 16.12.1952 арестован и обвинен в "потакательстве врачам-вредителям", злоупотреблении служебным положением и т.д. В январе 1955 года приговорен к 5 годам ссылки в Красноярск, но в 1956 помилован (со снятием судимости). По словам жены, Власик до самой своей смерти был убежден, что Сталину "помог" умереть Л.П. Берия .

Использованы материалы из кн.: Залесский К.А. Империя Сталина. Биографический энциклопедический словарь. Москва, Вече, 2000

ВЛАСИК Николай Сидорович (Сергеевич) (1896-1967). Генерал-лейтенант, начальник охраны Сталина. Родился в Барановичской области, белорус. Член РКП(б) с 1918 г. В органах ВЧК с 1919 г. В охране Сталина появился в 1931 г. по рекомендации В.Р. Менжинского (С. Аллилуева пишет, что Власик был телохранителем Сталина с 1919 г.). В 1938-1942 гг. - начальник 1-го отделения ГУГБ НКВД СССР, в 1941-1942 гг. - НКГБ-НКВД СССР. В 1942-1943 гг. - заместитель начальника 1-го отделения НКВД СССР. В 1943 г. - начальник 6-го управления НКГБ СССР и начальник 1-го отдела 6-го управления НКГБ СССР. В 1946 г. - уполномоченный МГБ СССР по Сочи-Гагринскому району; в 1946-1952 гг. - начальник Главного управления охраны МГБ СССР.

Награжден тремя орденами Ленина, четырьмя орденами Красного Знамени, орденом Кутузова I степени, медалями.

Власик дольше всех продержался в охране Сталина. Одновременно на его плечах лежали практически все бытовые проблемы главы государства. По существу, Власик был членом семьи Сталина. После смерти Н.С. Аллилуевой он был также воспитателем детей, организатором их досуга, хозяйственным и финансовым распорядителем. Дачные резиденции Сталина вместе со штатом охраны, горничных, экономок и поваров также подчинялись Власику. А их было много: дача в Кунцеве-Волынском, или «Ближняя дача» (в 1934-1953 гг. - основная резиденция Сталина,1 там он и скончался), дача в Горках-десятых (в 35 км от Москвы по Успенской дороге), старинная усадьба по Дмитровскому шоссе - Липки, дача в Семеновском (дом построен перед войной), дача в Зубалово-4 («Дальняя дача», «Зубалово»), 2 дача на озере Рица, или «Дача на Холодной речке» (в устье р. Лашупсе, впадающей в оз. Рица), три дачи в Сочи (одна - недалеко от Мацесты, другая - за Адлером, третья - не доезжая Гагры), дача в Боржоми (Лиаканский дворец), дача в Новом Афоне, дача в Цхалтубо, дача в Мюсерах (около Пицунды), дача в Кисловодске, дача в Крыму (в Мухолатке), дача на Валдае.

После Великой Отечественной войны три крымских дворца, в которых останавливались правительственные делегации союзных держав в 1945 г., также были «законсервированы» под такие дачи. Это - Лива-дийский дворец (бывший царский, где в начале 1920-х годов открыли санаторий для крестьян), Воронцовский в Алупке (где до войны находился музей), Юсуповский в Кореизе. Еще один бывший царский дворец - Массандровский (Александра III) тоже превратился в «государственную дачу».

Формально считалось, что там могут отдыхать все члены Политбюро, но обычно, кроме Сталина и изредка Жданова и Молотова,3 ими никто не пользовался. Тем не менее, на каждой из дач весь год жило большое количество прислуги, все содержалось в таком виде, как будто вождь постоянно здесь. Даже обед для Сталина и его возможных гостей готовился ежедневно и принимался по акту, независимо от того, будет ли кто его есть. Такой порядок играл известную конспиративную роль: никто не должен был знать, где сейчас Сталин и каковы его планы (Подъем. 1990. № 1. С. 16; Волобуев О., Кулешов С. Очищение. М., 1989. С. 96).

15 декабря 1952 г. Власик был арестован. Его обвинили в присвоении крупных сумм казенных денег и ценностей.4 Инициаторами ареста Власика считают Л. Берию и Г. Маленкова. Решением суда он был лишен генеральского звания и сослан на десять лет. Но по амнистии 27 марта 1953 г. срок Власику был сокращен до пяти лет, без поражения в правах. Умер в Москве.

Светлана Аллилуева характеризует любимца отца как «малограмотного, глупого, грубого» и чрезвычайно наглого сатрапа. При жизни Надежды Сергеевны (матери Светланы) Власика было не слышно и не видно, «он даже в дом не смел заходить»... Однако позже власть так развратила его, что «он стал диктовать деятелям культуры и искусства "вкусы товарища Сталина"... А деятели слушали и следовали этим советам. Ни один праздничный концерт в Большом театре или Георгиевском зале не проходил без санкции Власика». Светлана пытается убедить читателей в удивительной доверчивости и беспомощности отца против таких людей, как Власик. В то же время она не раз упоминает о редкой проницательности Сталина. Слабости и пороки Власика вождь действительно знал прекрасно. И все-таки он оставался при Сталине долгие годы, в то время как другие, честные и порядочные, впадали в немилость и изгонялись. Очевидно, именно власики его и устраивали (Самсонова В.Дочь Сталина. М., 1998. С. 175-177 ).

Примечания

1) Дача в Кунцево спроектирована и построена архитектором Мироном Мержановым по указанию Сталина в 1934 г. С этого времени Кунцево стало основной резиденцией вождя и реальной столицей СССР. К мысли о выезде из Кремля, по свидетельству дочери, подтолкнуло самоубийство жены 8 ноября 1932 г. «Но, думается, другим, более практическим соображением было желание отделиться от остальных партийных лидеров. Все они жили в Кремле. Ему хотелось иметь свой особый кремль (он обожал конспирацию), и он его построил. В благодарность Мержанова отправили в лагеря на 17 лет, и он чудом вышел живым» (Дружников Ю.И. Русские мифы. М., 1999. С. 256). Мержанов строил и другие дачи генсеку на Кавказе и в Крыму. После смерти вождя в Кунцево планировали открыть музей Сталина.

2) Имение с дворцом в готическом стиле в глухом лесу под Москвой (близ станции Усово) принадлежало до 1917 г. нефтепромышленнику Зубалову. Здесь Сталин жил в летние месяцы в 1919-1932 гг. Дача была взорвана в октябре 1941 г., когда возникла реальная угроза захвата Москвы. Позже там была создана новая резиденция.

3) Были свои любимые места отдыха и у лиц сталинского окружения. У Мо-лотова, например, - бывшее поместье Чаир в Мисхоре (когда-то было модно танго «В парке Чаир осыпаются розы»).

4) «Я был жестоко обижен Сталиным. За 25 лет безупречной работы, не имея ни одного взыскания, а только одни поощрения и награды, я был исключен из партии и брошен в тюрьму. За мою беспредельную преданность он отдал меня в руки врагов. Но никогда, ни одной минуты, в каком бы состоянии я ни находился, каким бы издевательствам я ни подвергался, находясь в тюрьме, я не имел в своей душе зла на Сталина» (Власик Н.С. Моя биография //Логинов В. Тени Сталина. М., 2000. С. 136).

Использованы материалы кн.: Торчинов В.А., Леонтюк А.М. Вокруг Сталина. Историко-биографический справочник. Санкт-Петербург, 2000

Из воспоминаний очевидца:

Не сказать о Власике нельзя. Это был подвижник, который года с 1928-го работал при Сталине, а с 1930 года он официально был начальником охраны. Потом был начальником главного управления охраны. Основной обязанностью его было обеспечение безопасности Сталина. Труд этот был нечеловеческий. Всегда ответственность головой, всегда жизнь на острие. Он прекрасно знал и друзей, и недругов Сталина. И знал, что его жизнь и жизнь Сталина очень тесно связаны между собой, и неслучайно, когда месяца за полтора-два до смерти Сталина вдруг его арестовали, он сказал, что меня арестовали, значит, скоро не будет Сталина. И, действительно, после этого ареста Сталин прожил немного.
Что у Власика вообще была за работа? Это была работа день и ночь, не было 6–8-часового рабочего дня. У него вся жизнь была работа, и он жил около Сталина. Рядом с комнатой Сталина была комната Власика.
Был у него редкий выходной. Знаете, после такой нагрузки, такого напряжения нужна разрядка. Хорошо знают это медики, психологи, которые работают с моряками, с людьми, работающими в области космоса. Груз ответственности и обстановки на человека давят. Он не полностью восстанавливается, и в конце концов может быть психологический перегруз, когда психика не выдерживает, и человек идет вразнос.
В чём обвинили Власика? Для того, чтобы оторвать его от Сталина, враги Сталина и, стало быть, враги государства говорили, что якобы когда-то Власик взял с собой какие-то продукты. Но у него не было времени стоять в магазинах по очередям. Может, и взял что-то с собой из дома Сталина. Да время Власика во сто крат дороже стоило, чтобы его терять по магазинам. Его жизнь, его деятельность обеспечивали государству огромные возможности, которые трудно оценить в масштабах денежных знаков.
Он понимал, что живет для Сталина, чтобы обеспечить работу Сталина, а значит, и советского государства. Власик и Поскрёбышев были как две подпорки для той колоссальной деятельности, не оценённой ещё до конца, которую вел Сталин, а они остались в тени. И с Поскрёбышевым поступили плохо, ещё хуже с Власиком.

Артем Сергеев

Сергеев А., Глушик Е. Беседы о Сталине . Москва, "Крымский мост-9Д". 2006.

Далее читайте:

Лица в штатском (биографический справочник).

В годы перестройки, когда практически на всех людей из сталинского окружения в передовой советской прессе сыпался вал всевозможных обвинений, самая незавидная доля выпала генералу Власику. Многолетний глава охраны Сталина представал в этих материалах настоящим лакеем, обожавшим хозяина, цепным псом, готовым по его команде броситься на любого, жадным, мстительным и корыстылюбивым.


Среди тех, кто не жалел для Власика негативных эпитетов, была и дочь Сталина Светлана Аллилуева. А ведь телохранителю вождя в своё время пришлось стать практически главным воспитателем и для Светланы, и для Василия.

Николай Сидорович Власик провёл рядом со Сталиным четверть века, оберегая жизнь советского лидера. Без своего телохранителя вождь прожил меньше года.

От церковно-приходской школы до ВЧК

Николай Власик родился 22 мая 1896 года в Западной Белоруссии, в деревне Бобыничи, в бедной крестьянской семье. Мальчик рано потерял родителей и на хорошее образование рассчитывать не мог. После трёх классов церковно-приходской школы Николай поступил на работу. С 13 лет он трудился чернорабочим на стройке, потом каменщиком, затем — грузчиком на бумажной фабрике.

В марте 1915 года Власик был призван в армию и отправлен на фронт. Во время первой Мировой войны он служил в 167 Острожском пехотном полку, за храбрость в боях был отмечен Георгиевским крестом. После ранения Власика произвели в унтер-офицеры и назначили командиром взвода 251 пехотного полка, который размещался в Москве.

Во время Октябрьской революции Николай Власик, выходец из самых низов, со своим политическим выбором определился быстро: вместе с вверенным взводом он перешёл на сторону большевиков.

Сначала он служил в московской милиции, потом участвовал в Гражданской войне, был ранен под Царицыном. В сентябре 1919 года Власика направили в органы ВЧК, где он служил в центральном аппарате под началом самого Феликса Дзержинского.

Мастер охраны и быта

С мая 1926 года Николай Власик служил старшим уполномоченным Оперативного отделения ОГПУ.

Как вспоминал сам Власик, его работа в качестве телохранителя Сталина началась в 1927 году после ЧП в столице: в здание комендатуры на Лубянке была брошена бомба. Находившегося в отпуске оперативника отозвали и объявили: с этого момента на него возлагается охрана Особого отдела ВЧК, Кремля, членов правительства на дачах, прогулках. Особое внимание предписывалось уделить личной охране Иосифа Сталина.

Несмотря на печальную историю покушения на Ленина, к 1927 году охрана первых лиц государства в СССР не отличалась особой тщательностью.

Сталина сопровождал лишь один охранник: литовец Юсис. Ещё более Власик был удивлён, когда они прибыли на дачу, где обычно Сталин проводил выходные. На даче жил один комендант, не было ни белья, ни посуды, а питался вождь бутербродами, привезёнными из Москвы.

Как и все белорусские крестьяне, Николай Сидорович Власик был человеком основательным и домовитым. Он взялся не только за охрану, но и за обустройство быта Сталина.

Вождь, привыкший к аскетизму, поначалу к нововведениям нового телохранителя отнёсся скептически. Но Власик был настойчив: на даче появились повариха и уборщица, из ближайшего совхоза были налажены поставки продуктов. В тот момент на даче не было даже телефонной связи с Москвой, и появилась она стараниями Власика.

Со временем Власик создал целую систему дач в Подмосковье и на юге, где вышколенный персонал был готов в любой момент к приёму советского лидера. О том, что эти объекты охранялись самым тщательным образом, и говорить не стоит.

Система охраны важных правительственных объектов существовала и до Власика, но он стал разработчиком мер безопасности для первого лица государства во время его поездок по стране, официальных мероприятий, международных встреч.

Телохранитель Сталина придумал систему, согласно которой первое лицо и сопровождающие его люди перемещаются в кавалькаде одинаковых автомобилей, и лишь сотрудники личной охраны знают, в какой из них едет вождь. Впоследствии такая схема спасла жизнь Леониду Брежневу, на которого было совершено покушение в 1969 году.

Незаменимый и особо доверенный человек

Уже через несколько лет Власик превратился для Сталина в незаменимого и особо доверенного человека. После смерти Надежды Аллилуевой Сталин возложил на своего телохранителя заботы о детях: Светлане, Василии и приёмном сыне Артёме Сергееве.

Николай Сидорович не был педагогом, но старался, как мог. Если Светлана и Артём не доставляли ему особых хлопот, то Василий с детства был неуправляемым. Власик, зная, что Сталин спуску детям не даёт, старался по мере возможности смягчать грехи Василия в докладах отцу.

Но с годами «шалости» становились всё серьёзнее, и роль «громоотвода» Власику становилось играть всё сложнее.

Светлана и Артём, став взрослыми, писали о своём «гувернёре» по-разному. Дочь Сталина в «Двадцати письмах другу» так характеризовала Власика: «Он возглавлял всю охрану отца, считал себя чуть ли не ближайшим человеком к нему, будучи сам невероятно малограмотным, грубым, глупым, но вельможным…»

«У него вся жизнь была работа, и он жил около Сталина»

Артём Сергеев в «Беседах о Сталине» высказывался иначе: «Основной обязанностью его было обеспечение безопасности Сталина. Труд этот был нечеловеческий. Всегда ответственность головой, всегда жизнь на острие. Он прекрасно знал и друзей, и недругов Сталина… Что у Власика вообще была за работа? Это была работа день и ночь, не было 6-8-часового рабочего дня. У него вся жизнь была работа, и он жил около Сталина. Рядом с комнатой Сталина была комната Власика…»

За десять-пятнадцать лет Николай Власик из обычного телохранителя превратился в генерала, возглавляющего огромную структуру, отвечающую не только за безопасность, но и за быт первых лиц государства.

В годы войны на плечи Власика легла эвакуация из Москвы правительства, членов дипкорпуса и наркоматов. Необходимо было не только доставить их в Куйбышев, но и разместить, обустроить на новом месте, продумать вопросы безопасности. Эвакуация тела Ленина из Москвы — также задача, которую выполнял Власик. Он же отвечал и за безопасность на параде на Красной площади 7 ноября 1941 года.

Покушение в Гаграх

За все годы, что Власик отвечал за жизнь Сталина, с его головы не упал ни один волос. При этом сам глава охраны вождя, судя по его воспоминаниям, к угрозе покушения относился весьма серьёзно. Даже на склоне лет он был уверен, что троцкистские группы готовили убийство Сталина.

В 1935 году Власику действительно пришлось прикрывать вождя от пуль. Во время прогулки на катере в районе Гагр с берега по ним был открыт огонь. Телохранитель закрыл Сталина своим телом, но повезло обоим: пули их не задели. Катер вышел из зоны обстрела.

Власик считал это настоящим покушением, а его противники позднее полагали, что всё это было постановкой. Судя по обстоятельствам, произошло недоразумение. Пограничников не известили о прогулке Сталина на катере, и они приняли его за нарушителя.

Злоупотребление коровами?

В годы Великой Отечественной войны Власик отвечал за обеспечение безопасности на конференциях глав стран-участниц антигитлеровской коалиции и со своей задачей справился блестяще. За успешное проведение конференции в Тегеране Власик был награждён орденом Ленина, за Крымскую конференцию — орденом Кутузова I степени, за Потсдамскую — ещё одним орденом Ленина.

Но Потсдамская конференция стала поводом для обвинений в присвоении имущества: утверждалось, что после её завершения Власик вывез из Германии различные ценности, в том числе лошадь, двух коров и одного быка. Впоследствии данный факт приводили как пример неуёмной жадности сталинского телохранителя.

Сам Власик воспоминал, что у этой истории была совсем другая подоплёка. В 1941 году его родную деревню Бобыничи захватили немцы. Дом, в котором жила сестра, сожгли, полдеревни расстреляли, старшую дочь сестры угнали на работы в Германию, корову и лошадь забрали. Сестра с мужем ушли в партизаны, а после освобождения Белоруссии вернулись в родную деревню, от которой мало что осталось. Телохранитель Сталина привёз скотину из Германии для близких.

Было ли это злоупотреблением? Если подходить со строгой меркой, то, пожалуй, да. Однако Сталин, когда ему впервые доложили об этом случае, резко приказал дальнейшее расследование прекратить.

Опала

В 1946 году генерал-лейтенант Николай Власик стал главой Главного управления охраны: ведомства с годовым бюджетом в 170 миллионов рублей и многотысячным штатом.

Он не вёл борьбы за власть, но при этом нажил огромное количество врагов. Будучи слишком близко к Сталину, Власик имел возможность влиять на отношение вождя к той или иной персоне, решал, кто получит более широкий доступ к первому лицу, а кому в такой возможности будет отказано.

Очень многие высокопоставленные лица из руководства страны страстно хотели избавиться от Власика. Компромат на сталинского телохранителя собирали скрупулёзно, по капле подтачивая доверие вождя к нему.

В 1948 году был арестован комендант так называемой «Ближней дачи» Федосеев, который дал показания о том, что Власик намеревался отравить Сталина. Но вождь опять не воспринял это обвинение всерьёз: если бы у телохранителя были подобные намерения, реализовать свои планы он мог давным-давно.

В 1952 году по решению Политбюро была создана комиссия по проверке деятельности ГУО МГБ СССР. На сей раз всплыли крайне неприятные факты, выглядящие вполне правдоподобно. Охранники и персонал спецдач, которые неделями пустовали, устраивали там настоящие оргии, расхищали продукты и дорогие напитки. Позднее нашлись свидетели, которые уверяли, что и сам Власик был не прочь расслабиться таким образом.

29 апреля 1952 года на основании этих материалов Николай Власик был снят с должности и отправлен на Урал, в город Асбест, заместителем начальника Баженовского исправительно-трудового лагеря МВД СССР.

«Сожительствовал с женщинами и распивал спиртное в свободное от службы время»

Почему Сталин вдруг отступился от человека, честно служившего ему 25 лет? Возможно, всему виной была обострившаяся у вождя в последние годы подозрительность. Не исключено, что Сталин счёл растрату госсредств на пьяный разгул слишком серьёзным прегрешением. Есть и третье предположение. Известно, что советский лидер в этот период стал продвигать молодых руководителей, а бывшим соратникам открыто говорил: «Пора вас менять». Быть может, Сталин счёл, что пришло время заменить и Власика.

Как бы то ни было, но для бывшего главы сталинской охраны наступили очень тяжёлые времена.

В декабре 1952 года его арестовали в связи с «делом врачей». В вину ему поставили то, что заявления Лидии Тимашук, обвинившей профессоров, лечивших первых лиц государства, во вредительстве, он оставил без внимания.

Сам Власик в воспоминаниях писал, что никаких оснований верить Тимашук не было: «Никаких данных, порочащих профессоров, не было, о чём я и доложил Сталину».

В тюрьме Власика допрашивали с пристрастием на протяжении нескольких месяцев. Для человека, которому было уже далеко за 50, опальный телохранитель держался стойко. Готов был признать «моральное разложение» и даже растрату средств, но не заговор и шпионаж. «Я действительно сожительствовал со многими женщинами, распивал спиртное с ними и художником Стенбергом, но всё это происходило за счёт моего личного здоровья и в свободное от службы время», — так звучали его показания.

Мог ли Власик продлить жизнь вождя?

5 марта 1953 года не стало Иосифа Сталина. Если даже отбросить сомнительную версию об убийстве вождя, Власик, оставайся он на своём посту, вполне мог бы продлить ему жизнь. Когда вождю стало плохо на Ближней даче, он в течение нескольких часов лежал на полу своей комнаты без помощи: охрана не решалась входить в сталинские покои. Нет сомнений, что Власик такого бы не допустил.

После кончины вождя «дело врачей» закрыли. Всех его фигурантов освободили, кроме Николая Власика. Не принёс ему свободы и крах Лаврентия Берии в июне 1953 года.

В январе 1955 года Военная коллегия Верховного суда СССР признала Николая Власика виновным в злоупотреблении служебным положением при особо отягчающих обстоятельствах, приговорив по ст. 193-17 п. «б» УК РСФСР к 10 годам ссылки, лишению генеральского звания и государственных наград. В марте 1955 года срок Власику сократили до 5 лет. Отбывать наказание отправили в Красноярск.

Постановлением Президиума Верховного Совета СССР от 15 декабря 1956 года Власик был помилован со снятием судимости, но в воинском звании и наградах восстановлен не был.

«Ни одной минуты я не имел в своей душе зла на Сталина»

Он вернулся в Москву, где у него почти ничего не осталось: имущество конфисковали, отдельную квартиру превратили в коммунальную. Власик обивал пороги кабинетов, писал руководителям партии и правительства, просил о реабилитации и восстановлении в партии, но везде получал отказ.

Тайком он начал надиктовывать мемуары, в которых рассказывал о том, как видел свою жизнь, почему совершал те или иные поступки, как относился к Сталину.

«После смерти Сталина появилось такое выражение, как „культ личности“… Если человек — руководитель своими делами заслуживает любовь и уважение окружающих, что в этом дурного… Народ любил и уважал Сталина. Он олицетворял собой страну, которую вёл к процветанию и победам, — писал Николай Власик. — Под его руководством было сделано немало хорошего, и народ это видел. Он пользовался огромным авторитетом. Я знал его очень близко… И я утверждаю, что он жил только интересами страны, интересами своего народа».

«Легко обвинить человека во всех смертных грехах, когда он мёртв и не может ни оправдаться, ни защититься. Почему же при жизни никто не решился указать ему на его ошибки? Что же мешало? Страх? Или не было этих ошибок, на которые надо было указывать?

Уж на что был грозен царь Иван IV, а находились люди, которым дорога была родина, которые, не боясь смерти, указывали ему на его ошибки. Или перевелись на Руси смелые люди?» — так считал сталинский телохранитель.

Поводя итог мемуарам и всей своей жизни в целом, Власик писал: «Не имея ни одного взыскания, а только одни поощрения и награды, я был исключён из партии и брошен в тюрьму.

Но никогда, ни одной минуты, в каком бы состоянии я ни находился, каким бы издевательствам я ни подвергался, находясь в тюрьме, я не имел в своей душе зла на Сталина. Я прекрасно понимал, какая была создана вокруг него обстановка в последние годы его жизни. Как ему было трудно. Он был старым, больным, одиноким человеком… Он был и остаётся для меня самым дорогим человеком, и никакая клевета не может поколебать то чувство любви и глубочайшего уважения, которые я всегда питал к этому замечательному человеку. Он олицетворял для меня всё светлое и дорогое в моей жизни — партию, родину и мой народ».

Посмертно реабилитированный

Николай Сидорович Власик умер 18 июня 1967 года. Архив его был изъят и засекречен. Лишь в 2011 году Федеральная служба охраны рассекретила записки человека, который, по сути, стоял у истоков её создания.

Близкие Власика неоднократно делали попытки добиться его реабилитации. После нескольких отказов 28 июня 2000 года постановлением Президиума Верховного Суда России приговор 1955 года был отменён, а уголовное дело прекращено «за отсутствием состава преступления».(

Ни один современный историк не рассматривал еще арест личного секретаря Сталина А. Н. Поскребышева и начальника охраны Н. С. Власика как предшествовавшие устранению вождя звенья одной цепи. Задача довольно трудная, но все же сделаем попытку. Для начала обратимся к воспоминаниям П. А. Судоплатова.

Генерал-лейтенант Власик, - рассказывал Павел Анатольевич, - начальник кремлевской охраны, был отправлен в Сибирь на должность начальника лагеря и там тайно арестован. Власику предъявили обвинения в сокрытии знаменитого письма Л. Тимашук, которое Рюмин использовал для начала «дела врачей», а также в подозрительных связях с агентами зарубежных разведок и тайном сговоре с Абакумовым.

После ареста Власика немилосердно избивали и мучили. Его отчаянные письма к Сталину о невиновности остались без ответа. Власика вынудили признать, что он злоупотреблял властью, что он позволял подозрительным людям присутствовать на официальных приемах в Кремле, на Красной площади и в Большом театре, где бывали Сталин и члены Политбюро, которые, таким образом, могли быть подставлены под удар террористов. Власик оставался в заключении до 1955 года, когда его осудили теперь уже за растрату фондов на проведение Ялтинской и Потсдамской конференций, а потом амнистировали. Несмотря на поддержку маршала Жукова, его просьбы о реабилитации были отклонены.

Увольнение Власика вовсе не означало, что Берия теперь мог менять людей в личной охране Сталина. В 1952 году, после ареста Власика, Игнатьев лично возглавил Управление охраны Кремля, совмещая эту должность с постом министра госбезопасности.

Еще до беседы с П. А. Судоплатовым я узнал, что Власик был арестован 15 декабря 1952 года. Но суд над ним состоялся через два года после смерти Сталина - 17 января 1955 года.

Фрагмент из показаний на суде:

Председательствующий. Когда вы познакомились с художником С-ом?

Власик. В 1934 или в 1935 году. Он работал на оформлении Красной площади к торжественным праздникам.

Председательствующий. Что вас сближало с ним?

Власик. Конечно, сближение было на почве совместных выпивок и знакомств с женщинами…

Председательствующий. Подсудимый Власик, вы раскрыли перед С-ом секретных агентов МГБ. Он показал: «От Власика мне стало известно, что моя знакомая Кривова является агентом органов, и что его сожительница Рязанцева тоже сотрудничает».

Признав это, Власик показывает:

Но в вопросах службы я всегда был на месте. Выпивки и встречи с женщинами были за счет моего здоровья и в свободное время. Признаю, женщин у меня было много.

Глава правительства вас предупреждал о недопустимости такого поведения?

Да, в 1950 году он говорил мне, что я злоупотребляю отношениями с женщинами.

Вы показали, что вам доложил Саркисов о разврате Берии, а вы заявили: «Нечего вмешиваться в личную жизнь Берии, надо охранять его».

Да, я от этого устранился, так как считал, что не мое дело в это вмешиваться, ибо это связано с именем Берии.

Как вы могли допустить огромный перерасход государственных средств по вашему управлению?

Грамотность у меня сильно страдает, все мое образование заключается в трех классах приходской школы.

Подсудимый Власик, расскажите суду, что из трофейного имущества вами было приобретено незаконным путем, без оплаты?

Насколько я помню: пианино, рояль, три-четыре ковра.

А что вы можете сказать о четырнадцати фотоаппаратах? Откуда у вас хрустальные вазы, бокалы, фарфоровая посуда в таком количестве?

Все, достаточно. Пианино, ковры, фотоаппараты - это не более чем повод. Главное совсем в другом. И об этом главном говорит А. Авторханов, имея в виду обстановку в начале пятидесятых годов: «Два человека вновь приобретают свое былое значение: генерал-лейтенант А. Н. Поскребышев и генерал-лейтенант Н. С. Власик. Никто не может иметь доступ к Сталину, минуя этих лиц, даже члены Политбюро. Исключения бывали, если Сталин сам вызывал кого-нибудь, чаще всего на обеды-попойки. Сталин не только управлял текущими делами через этих двух лиц, но им он доверил и свою личную безопасность. Посторонняя сила могла подкрасться к Сталину только через кризис этой идеальной службы его личной безопасности. Иначе говоря, никто не мог бы убрать Сталина раньше, чем не уберет этих двух лиц. Но убрать их тоже никто не мог, кроме самого Сталина».

Авторханов дал нелестную характеристику Поскребышеву. Да, по натуре помощник. Да, не самостоятельная фигура. Что же представлял собой другой временщик Сталина, генерал Власик? По мнению исследователя, это был Аракчеев и Распутин в одном лице: бездушный солдафон и хитрейший мужик. В русской и советской армиях, пишет А. Авторханов, это, вероятно, единственный случай, когда малограмотный, простой солдат, минуя всякие курсы и школы, добрался до чина генерал-лейтенанта. Мало того, он выступал толкователем мнений Сталина по вопросам культуры. Власик побил рекорд по длительности служения у Сталина - он единственный, сумевший удержаться с 1919 года и почти до самой смерти Сталина.

Чеченцы говорят: волк, шествующий к горной вершине, рискует своей жизнью. Так погибло много «сталинских волков» - от рук самого же Сталина. Но, жертвуя такими волками, как Поскребышев и Власик, Сталин не знал, что он впервые в своей жизни стал орудием чужой воли.

Не во многом расходится мнение зарубежного политолога советского происхождения, который, кстати, никогда не видел Власика, и мнение дочери Сталина, хотя она знала главного телохранителя отца с детства:

Генерал Николай Сергеевич Власик удержался возле отца очень долго, с 1919 г. Тогда он был красноармейцем, приставленным для охраны, и стал потом весьма властным лицом за кулисами. Он возглавлял всю охрану отца, считал себя чуть ли не ближайшим человеком к нему и, будучи сам невероятно малограмотным, грубым, глупым, но вельможным, дошел в последние годы до того, что диктовал некоторым деятелям искусства «вкусы товарища Сталина»… А деятели слушали и следовали этим советам… Наглости его не было предела… Не стоило бы упоминать его вовсе - он многим испортил жизнь, - но уж до того была колоритная фигура, что мимо него не пройдешь. При жизни мамы он существовал где-то на заднем плане в качестве телохранителя. На даче же отца, в Кунцеве, он находился постоянно и «руководил» оттуда всеми остальными резиденциями отца, которых с годами становилось все больше и больше… Власик данной ему властью мог сделать все, что угодно…

Существенные детали в портрет Н. С. Власика добавляет писатель К. Столяров, который, судя по его произведениям, неплохо изучил лубянские персонажи:

Охранять Сталина было занятием хлопотным и нервным, потому что, как утверждал Власик, рядом всегда были интриганы, пытавшиеся отстранить его от этой работы. Впервые такая попытка имела место в 1934 году. А в 1935-м он, Власик, своим телом прикрыл Сталина, когда прогулочный катер был обстрелян с берега постом погранохраны, и, не растерявшись, организовал ответный пулеметный огонь, после чего выстрелы по катеру прекратились. Вождь проникся доверием к Власику, десять лет Николая Сергеевича не беспокоили интригами, а затем снова начались треволнения…

Впрочем, об этом эпизоде рассказал сам Власик в письме из мест отбытия наказания: «В 1946 году мои враги оклеветали меня, и я был снят с должности начальника Управления охраны МГБ СССР. Но т. Сталин отнесся к этому со всей чуткостью, сам разобрался во всех выдвинутых против меня обвинениях, абсолютно ложных, и, убедившись в моей невиновности, вернул мне прежнее доверие.

В 1948 году был арестован комендант дачи «Ближняя» Федосеев. Следствие вел Серов под непосредственным руководством Берии. У Федосеева было взято показание на меня, что я якобы хотел отравить т. Сталина. Т. Сталин усомнился в этом и лично проверил, вызвав на допрос Федосеева, где тот заявил, что это ложь, которую побоями заставили его подписать. Дело Федосеева передали из МВД в МГБ…

Вскоре Серов вызвал на допрос нового коменданта дачи «Ближняя» Орлова и тоже требовал, чтобы тот подписал на меня ложный протокол, но Орлов отказался. А добиться санкции на арест Орлова Серов не смог…»

«Крупные неприятности выпали на долю Власика весной 1952 года, - читаем у писателя К. Столярова, - когда комиссия ЦК ВКП(б) под председательством Г. Маленкова выявила вопиющие безобразия: пользуясь бесконтрольностью, верные телохранители кремлевской элиты на господских дачах центнерами пожирали черную икру и балыки, предназначавшиеся для номенклатурных желудков! В ответ на вопрос: «А ты куда смотрел?» - Власик объяснил, что ввиду малограмотности ему трудно было заниматься финансово-хозяйственной деятельностью, поэтому контроль за этой стороной работы главка он возложил на своего зама. Что же касается тех коньяков и балычков, которые привозили с дачи Сталина для его личного потребления, Николай Сергеевич ответил: «Да, такие случаи были, но за эти продукты я иногда платил деньги. Правда, были случаи, когда они доставались бесплатно».

Судя по всему, Николаю Сергеевичу было невдомек, чего к нему пристают из-за каких-то рыб?! Ежели он по занимаемой должности десятки лет бесплатно столовался у Сталина, то - мать-перемать! - велика ли разница: съест он полкило икры на глазах у вождя или же возьмет с собой ту же икру, так сказать, «сухим пайком»?

Справедливости ради отмечу, что четкой регламентации на сей счет не существовало, если не считать стародавнего лакейского правила: прислуге дозволяется брать себе только то, что не доели за столом сами хозяева и приглашенные ими лица - фрукты из ваз, нарезанную лепестками семгу, лососину, ветчину, хоть и полные, но уже раскупоренные бутылки со спиртными напитками и т. п. Но, с другой стороны, обязан ли был генерал Власик руководствоваться нормами поведения для лакеев, коль скоро он сам из бедняка-поденщика давным давно превратился если не в социалистического графа, то по меньшей мере в барона или виконта, ведь у него была своя шикарная госдача с персональным поваром, которого Николай Сергеевич форменным образом терроризировал и с которым, согласно показаниям свидетельницы П., «разговаривал исключительно с применением отборного мата, не стесняясь присутствующих женщин»?

По версии К. Столярова, вешать на Власика ярлык несуна не захотели, однако наказали его примерно, исключив из партии и с позором назначив не на генеральскую, а на офицерскую должность заместителя начальника исправительно-трудового лагеря на Урале, в городе Асбесте. Там он прослужил всего лишь шесть месяцев, а в декабре 1952 года был арестован за измену Родине - оказывается, это он, Власик, в 1948 году должным образом не отреагировал на донос Лидии Тимашук о злодейском умерщвлении А. Жданова.

Когда же выяснилось, что врачи-убийцы были только врачами, но отнюдь не убийцами, Берия, как уже говорилось, не спешил освобождать Власика. Точно так же поступили и те, кто пришел на смену Берии. В ходе следствия обнаружились кое-какие факты, позволявшие призвать Власика к ответу. Например, при обыске в его доме нашли трофейный сервиз на 100 персон, 112 хрустальных бокалов, 20 хрустальных ваз, 13 фотоаппаратов, 14 фотообъективов, 5 перстней и - так записано в протоколе - «иностранную гармонь», которые Власик приобрел незаконным путем без оплаты. Кроме того, Власик признал, что в 1945 году по окончании Потсдамской конференции «вывез из Германии три коровы, быка и двух лошадей, из них своему брату отдал корову, быка и лошадь, сестре - корову и лошадь, племяннице - корову; скот был доставлен в Слонимский район Барановичской области на поезде Управления охраны МГБ СССР».

Но это еще не все. Следствие установило, что Власик морально разложился, систематически пьянствовал и сожительствовал с женщинами, получавшими от него пропуска на трибуны Красной площади и в правительственные ложи театров, а также поддерживал знакомство с лицами, не внушавшими политического доверия, разглашал в беседах с ними секретные сведения, касавшиеся охраны руководителей партии и советского правительства, хранил у себя на квартире служебные документы, не подлежащие оглашению.

Невзирая на то, что Власик с жаром доказывал, будто выпивки и бессчетные связи с женщинами происходили только в свободное от работы время, Военная коллегия Верховного суда СССР 17 января 1955 года вынесла приговор:

«Власика Николая Сергеевича лишить звания генерал-лейтенанта, на основании статьи 193-17 п. «б» УК РСФСР с применением статьи 51 УК РСФСР подвергнуть ссылке на 10 (десять) лет в отдаленную местность СССР. В силу статьи 4 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 27 марта 1953 года об амнистии сократить это наказание наполовину, т. е. до 5 (пяти) лет, без поражения в правах.

Лишить Власика медалей: «За оборону Москвы», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.», «В память 800-летия Москвы», «ХХХ лет Советской Армии и Флота», двух почетных знаков «ВЧК - ГПУ».

Возбудить ходатайство перед Президиумом Верховного Совета СССР о лишении Власика правительственных наград: трех орденов Ленина, четырех орденов Красного Знамени, ордена Красной Звезды, ордена Кутузова 1-й степени и медали «ХХ лет РККА».

Приговор окончательный и кассационному обжалованию не подлежит».

В приговоре наспех инкриминированная статья об измене Родине отсутствовала, она была заменена на злоупотребление служебным положением. Власик вскоре подпал под амнистию и вернулся в Москву. Добиться реабилитации ему не удалось, несмотря на заступничество таких влиятельных лиц, как прославленные маршалы Жуков и Василевский.

А вот и вывод, к которому пришел А. Авторханов: «В решающие минуты около Сталина не оказалось никого: ни «старой гвардии» Сталина - молотовцев, ни «вернейшего оруженосца» Поскребышева, ни пожизненного лейб-охранника Власика, ни преданного сына Василия, ни даже личного врача Виноградова. Смерть Сталина караулит и регулирует Берия при неизменном присутствии трех его соучастников - Маленкова, Хрущева, Булганина, изменивших и Сталину, и Берии, и самим себе».

А теперь о другом наиболее приближенном к Сталину человеке - А. Н. Поскребышеве, без доклада которого никто не мог пройти в кабинет вождя. Рассказывает бывший сотрудник кремлевской охраны С. П. Красиков:

Личную канцелярию вождя - особый сектор - долгое время возглавлял генерал-майор Александр Николаевич Поскребышев, которого хозяин именовал «главным», давая тем самым понять, что все вопросы, касающиеся его самого, сначала следует согласовать с Поскребышевым.

Примерно за год до смерти Сталина Берия с помощью Маленкова расформировал слаженную личную охрану вождя. Николай Сергеевич Власик был обвинен в растранжиривании государственных средств и в попытке присвоения и сокрытия важных правительственных документов. После одного из заседаний Бюро Президиума ЦК КПСС, проходившего на даче Сталина в Волынском, Власик, осматривая помещение, обнаружил на полу совершенно секретный документ и положил его в карман с тем, чтобы передать Поскребышеву. Но, по приказу Сталина, при выходе из дома был задержан и обыскан, потом отстранен от работы. Сам ли вождь подкинул компрометирующий материал Власику или по подсказке кого, но машине был дан ход. Поскребышев был обвинен в потере бдительности…

А теперь об одной живучей легенде. После смерти Поскребышева ходили слухи, будто он оставил то ли дневниковые записи о годах работы со Сталиным, то ли чуть ли не завершенные мемуары. В годы моей работы в ЦК КПСС я интересовался у многих старожилов, так ли это. Помнится, один из ветеранов общего отдела пересказал слова своего бывшего шефа К. У. Черненко:

Поскребышев не мог вести дневниковые записи в силу специфики работы у «самого» и из-за особенностей своего скрытного характера. После его смерти мы ничего не обнаружили. А мне ли не знать - изъятием архивов в то время занимался наш отдел.

Константин Устинович в ту пору заведовал Общим отделом ЦК КПСС.

Впрочем, это не значит, что Поскребышев действительно не оставил после себя никаких мемуаров. То, что они пока не обнаружены, еще не свидетельство того, что их не существует.

И все-таки Поскребышев, при всей важности его поста, был «бумажным» генералом. Документы на подпись, регулирование посетителей. Другое дело - Власик, непосредственно отвечавший за безопасность вождя. Почему его убрали? Кто был разработчиком хитроумной многоходовки?

С. П. Красиков, готовя свои записки к изданию, беседовал с людьми, хорошо осведомленными в этом весьма загадочном деле, но не желающими раскрывать свои фамилии. Один из таких разговоров он приводит в своей книге «Возле вождей» в форме вопросов и ответов.

Вопрос. Так ли уж были сильны злоупотребления «девятки» (Девятого управления КГБ СССР, отвечавшего за безопасность высшего советского руководства. - Н. З.), что следовало арестовывать начальника личной охраны вождя Н. Власика?

Ответ. Причиной его отстранения послужило «дело врачей». Власика обвинили в том, что он с 1948 года скрывал у себя письмо Лидии Тимашук, где главными обвиняемыми должны были стать Ворошилов, Микоян и Молотов.

Вопрос. Не кажется ли вам, что Георгий Максимилианович Маленков специально обезоруживал своего благодетеля, чтобы обречь его на беззащитность и одиночество? А Берия в этом помогал ему? Помнится, накануне болезни вождя его личную охрану расформировали по разным подразделениям. А некоторых выслали даже туда, где, как говорится, Макар телят не пас. Тех, кто пытался беззаконию противостоять, расстреливали на месте. И все это при живом Иосифе Виссарионовиче.

Ответ. Помню. Вся главная охрана тогда обескуражена была таким поворотом событий… Ветераны службы охраны разогнаны, а неоперившаяся молодежь была способна лишь трепетать перед членами Политбюро, а не требовать от них безукоризненного соблюдения правил служебных предписаний. По рассказам полковника С. В. Гусарова, служившего в то время в охране И. В. Сталина, скоропостижная смерть вождя, который накануне чувствовал себя достаточно сносно, породила разные кривотолки. Одной из версий его внезапной смерти было преднамеренное убийство.

Тот же полковник Гусаров не исключал и того, что этот гнусный акт совершил кто-то из ближайшего окружения.

Вопрос. Но кто мог быть в этом заинтересован? Берия? Он в то время находился на крючке Маленкова и знал, что за каждым его шагом следят, или Хрущев? Маленкову не было никакого резона отправлять батюшку вождя к праотцам, который, по сути, передавал ему руководство партией и страной…

Ответ. Завещать-то вроде бы и завещал, да не отдавал. Раздразнил аппетит, а сам живет-поживает, правит страной, руководит партией. Когда окочурится, неизвестно. Георгий же Максимилианович вне подозрений, ему и карты в руки.

Вопрос. Игра не на жизнь, а на смерть, любовь и ненависть?

Ответ. Не знаю. Но в ночь с двадцать восьмого февраля на первое марта Сергей Васильевич Гусаров стоял на посту у входа в главный дом дачи, видел, как выходили примерно в четыре часа утра Маленков, Берия и Хрущев. Ему запомнилось, что Маленков тогда облегченно вздохнул, и все они разъехались по домам.

Вопрос. На что вы намекаете? Подумаешь, облегченно вздохнул. Что следует из того?

Ответ. Ничего. Однако какую-то тяжесть с души, выходит, Маленков снял. Какую?… Когда Молотову был задан вопрос: «Могло ли быть, что они (Маленков, Берия и Хрущев) отравили Сталина, когда распивали с ним чай в последний день перед болезнью?» - он ответил без тени сомнения: «Могло быть. Могло быть… Берия и Маленков были тесно связаны. Хрущев примкнул к ним и имел свои цели…»

Вопрос. Но Хрущев в своих мемуарах утверждает, что единственным человеком, заинтересованным в смерти Сталина, был Лаврентий Берия.

Ответ. В создавшейся ситуации заинтересованным в смерти Сталина был и Г. М. Маленков. Не Берия разгонял сталинскую охрану и подводил под арест Власика и Поскребышева, а именно Г. М. Маленков, но, как хитрый лис, делал это руками Л. П. Берии, чтобы комар носа не подточил. А стоило Сталину уйти к праотцам, тут же состряпал дело против Берии и избавился от него.

Вопрос. Ужасные подозрения. Могло ли быть такое?

Ответ. Оснований для этого, на мой взгляд, более чем достаточно. При допросе шефом КГБ Л. П. Берией начальника личной охраны Сталина Власика у Николая Сергеевича создалось впечатление, что Берия досконально знал о его сугубо личных беседах с И. В. Сталиным. Что лишний раз дает основания предполагать о прослушивании службами Л. П. Берии кабинета и квартиры генсека. Кстати, сын Лаврентия Павловича Серго Лаврентьевич владел системой подслушивания в совершенстве, о чем он и поделился своими воспоминаниями в книге «Мой отец - Лаврентий Берия».

Уместно здесь привести и ответы Л. М. Кагановича на вопросы писателя Ф. Чуева:

Кажется, что Сталина убили?

Не могу сказать.

Молотов к этому склонялся. Знаете, что он мне сказал?

На мавзолее 1 мая 1953 года, последний раз, когда Берия был, он сказал Молотову: «Я его убрал». - «Но Берия не мог на себя нарочно наговорить, чтобы придать себе вес», - говорил Молотов. - И еще Берия сказал: «Я вас всех спас!» - Над Молотовым тоже висело…

Может быть.

А вы не допускаете, Лазарь Моисеевич, что, поживи Сталин еще немного, могли и с вами расправиться, с Молотовым…

Не могу сказать. Нельзя так: если бы да кабы…

И в заключение - фрагмент из эксклюзивного интервью С. И. Аллилуевой главному редактору газеты «Совершенно секретно» Артему Боровику. Беседа проходила в Лондоне летом 1998 года. Это была уже совсем другая женщина - усталая, предельно искренняя, взвешивавшая каждое свое слово.

Когда с ним случился удар поздним вечером, - рассказывала она, - утром следующего дня мне сказали приехать на дачу, не известив о случившемся. А накануне я все время пыталась проехать к нему. Я чувствовала, что я должна была там быть. Я думаю, что он меня как-то звал, без слов. Какой-то крик души. Я звонила несколько раз охранникам. Но, поскольку они знали, что он без сознания, меня не пустили. Я пыталась пробиться всю ночь. Потом, поздно ночью, я поехала к Шверникам, не знала, куда деваться. На дачу. Там крутили кино. Старый фильм с Москвиным «Станционный смотритель». Это меня совершенно выбило из колеи. Потому что фильм был немой. Немая русская классика. Такой трогательный фильм о любви старенького отца к своей дочери, которую умыкнул проезжий офицер и увез. И бедненький старичок решил пойти в город и замерз. Потом через несколько лет приезжает красивая пролетка. Выходит из нее красивая столичная дама и идет на могилу. И там плачет. Я этот фильм смотрела в эту ночь. Мне предлагали остаться ночевать. Но я не могла. Поехала быстренько домой. И утром меня позвали. Оказывается, вчера вечером у него был удар.